Как живется матушке... без батюшки

Последнее время в Интернете и СМИ обсуждается тема священнических жен. Одни матушки пишут о своей нелегкой доле; «Быть женой священника — это счастье»,— говорят другие. А кому-то и говорить ничего не надо — у них это счастье, как говорится, на лице написано. Общаясь с такими матушками, ощущаешь необыкновенную теплоту, а бывая в их доме, видишь, что и дети, и родители очень близки друг другу.
Именно такая семья была и у матушки Ольги Нестеровой. Хотя почему была? Она такой и осталась, только теперь рядом нет батюшки. Он скончался после тяжелой болезни, когда ему было 29 лет. Матушка стала вдовой в 26 лет с пятью детьми на руках. Старшей дочери Павле было семь лет,младшей Дашеньке только-только исполнился годик. Это было три года назад.

Мы договорились встретиться в редакции. Но Ольга позвонила, сказав, что никак не получается уйти — не может оставить детей. Вечером я поехала к ним домой. Мальчишки встретили меня в полном боевом вооружении, весело крича: «Руки вверх!». Когда я им сообщила, что знаю пароль: шоколадный торт — отменили свое требование и радостно побежали на кухню готовиться к чаепитию. Ребятишки наперебой угощали меня чаем с молоком и шоколадными конфетами по принципу — гостю все самое лучшее, что, может быть, не всегда едят сами. Скоро дети (их дома было трое, остальных забрала на выходные бабушка) убежали по своим делам. Миша осваивал наконец-то появившийся в доме фотоаппарат, Андрей решил заняться любимыми раскрасками, Анечка радостно примеряла обновки, переданные для нее моей сотрудницей. А я слушала матушкин рассказ.

Мечты сбываются

Выросла она в счастливой многодетной семье. Любящие друг друга родители и четыре дочери жили в деревне Нижняя Чернавка, это 30 километров от Вольска. В единственную тогда в городе Благовещенскую церковь приезжали по праздникам и в воскресенье. После службы Ольге нравилось бывать в доме маминого племянника — священника Сергия, в то время служившего в Вольске. Нравилась та чудесная, доброжелательная атмосфера без мирской суеты, которая всегда царила в их семье, и еще — необыкновенно добрая матушка Елена. Счастливая семья была и у маминого младшего брата — священника Василия. Его матушка Лидия была для девочки примером жены и матери. Зная с детства эти благополучные семьи, мечтала о том, какой будет ее семья: обязательно много детей, добрый, заботливый муж. И может быть, если Господь посчитает ее достойной, он тоже будет священником…

После школы Оля поехала учиться в Саратов, в педагогический институт. Стала петь на клиросе в Духосошественском соборе. Сформировался круг общения — в основном православная молодежь. Вскоре познакомилась с семинаристом Олегом Нестеровым, он учился на последнем курсе. Что это он, единственный, поняла с первого дня знакомства. Оставила институт, закончив только первый курс, и уехала с любимым мужем на его родину, в Башкирию (в саратовской семинарии он учился по направлению Уфимской епархии). Ей было тогда 18 лет, и все, что она представляла в своих девичьих мечтах о семейной жизни, становилось реальностью:

— Я была по-настоящему замужем — за мужем, как за каменной стеной. Если возникала проблема, шла к нему — и на этом она для меня заканчивалась. Первое время служили в городе Белорецке, потом отцу Олегу поручали восстанавливать храмы в селах. За восемь лет сменили четыре прихода, последние четыре года жили в поселке Новобелокатай. Батюшка за три года полностью восстановил храм, но послужить ему там довелось только год... Образовался дружный приход, жили одной большой семьей. Только теперь я начинаю понимать, как нелегко было батюшке быть и «пастырем добрым», и прорабом, и заботливым мужем и отцом. Каждый ребенок в нашей семье был желанным. Муж говорил: «Мы православные, и нас должно быть много». Разница между детьми очень маленькая, чуть больше года. Едва они начинали ходить — «сходили» с моих рук, сразу попадая в надежные руки отца. Он брал их с собой везде, даже на стройку — старался облегчить мне жизнь. Если был в поездке, обязательно звонил, беспокоился, не нужно ли чего, покормила ли детей. Я даже обижалась — как я могу забыть покормить детей? Его авторитет был огромным, слово — законом, несмотря на его безграничную доброту. Когда я приводила детей причащаться и не была готова сама, батюшка очень огорчался, говорил: «Ну что же ты, мать, давай, подожми, и здесь мы должны быть все вместе». Бывало и такое — приходил муж поздно вечером со стройки, совершенно без сил, а завтра ему литургию служить, тогда я вставала к иконам и молилась.

“Господь нес меня на руках”

«А потом батюшка умер…»,— говорит матушка. Становится тихо-тихо, только слышны голоса детей из соседней комнаты. Когда случилась беда, матушка Ольга думала остаться жить в Новобелокатае, но Владыка Никон благословил ехать на родину, пообещав помочь деньгами для покупки жилья. Сначала жили в деревне у родителей, потом переехали в Вольск. Сестры всегда были рядом, поддерживали, ни на минуту не оставляя Ольгу одну, хотя у каждой своя семья, свои печали и радости. Две старшие, Люба и Света, живут в родном селе, младшая, Татьяна — в Вольске, ее муж, священник Сергий Устинов, служит в Благовещенском соборе. Первое время было много хлопот: устроить детей (старшую Павлу — в первый класс, остальных — в садик), найти квартиру в Вольске. Когда нашли подходящую, трехкомнатную, из Уфимской епархии сразу прислали деньги; и когда бы матушка туда ни обращалась с какой-либо просьбой, отказа не получала: «Огромное им спасибо и низкий поклон!».

Вскоре пришло новое испытание: тяжело заболела сама Ольга, долгое время лежала в больнице. И снова рядом были родители, сестры и просто хорошие люди. Большая поддержка была и из Башкирии. «Ты обязательно поправишься, мы здесь всем миром о тебе молимся»,— писали родственники мужа, прихожане и совсем незнакомые люди. Были моменты, когда казалось, что совсем нет сил что-то делать, куда-то идти. Тогда, по словам матушки, «Господь нес ее на руках». И болезнь отступила.

Сейчас все время Ольги занято попечением о детях. Часто бывают в храме, хотя живут далеко. Мы начинаем говорить о детках, и на лице матушки появляется улыбка:

— Павле уже десять лет. Она моя первая помощница — у младших и уроки проверит, и из садика заберет. Анечке — девять, она уже решила, что будет воспитателем в ясельной группе, а пока поет в хоре, занимается танцами, учится вышивать бисером. Миша — первоклассник, он любит разбирать игрушки, чтобы узнать, что там внутри, но он же и первый чинит все в доме, хозяйственный. Если идем с ним в магазин, рассуждает: «Да, я хочу чипсы, но могу и потерпеть. Купим лучше то, что нужнее для всех!». Андрей в этом году пойдет в школу, ждет этого с нетерпением; мечтает играть на пианино, хотя инструмента в доме нет. Младшей Дашеньке четыре года, у нее проблемы с речью, занимаемся с логопедом.

Летом, взяв троих старших детей, Ольга ездила в Белорецк на могилу мужа. Навестили родственников, побывали в храме в Новобелокатае. Смогли встретиться со многими людьми, лично поблагодарить за поддержку и внимание. Матушка получает письма и посылки от прихожан из Уфы, Белорецка, Новобелокатая. К Рождеству прислали сладкие подарки, нашили тапочки всем ребятишкам. Руфина Михайловна Ключникова, пожилая женщина из Уфы, собирает в храме деньги и присылает, хотя Оля с ней даже не знакома. Когда Руфина Михайловна лежала в больнице, несколько месяцев они помощь не получали. Матушка пыталась работать — мыла полы в подъезде.

Эта семья живет только благодаря помощи близких и просто добрых людей. Ольга мечтает найти работу, но понимает, что многодетной маме без образования это сделать сложно, а сейчас и вовсе практически невозможно. Да и дети еще слишком малы. Но как бы жизнь ни складывалась, она точно знает, что Всемилостивый Господь их не оставит.

eparhia-saratov.ru